которое произошло на борту маленького судна, прибывшего в Нью-Йорк. И сейчас, впервые в истории организованной преступности, четверым из высших эшелонов власти были предъявлены обвинения в убийстве и соучастии в нем.
В воображении Бейкера всплыли личные дела каждого из подсудимых. Джордж Лейермен — «Большой Датчанин». Возраст — пятьдесят семь лет. Двадцать один арест. В тюрьме не сидел. Нынешняя профессия — профсоюзный деятель. Редли Фарга. Возраст — пятьдесят шесть. Один арест, одна отсидка, один приговор. Занятие — домовладелец. Николас — «Папа». Возраст — тридцать четыре. Тридцать два ареста, из них девять — за убийства, два приговора, двадцать дней в тюрьме. Чем занимается теперь — неизвестно. Предполагаемая профессия — игрок. Эмилио Маттео — «Судья». Возраст — шестьдесят один. Одиннадцать арестов, один приговор, пять лет в тюрьме, депортирован. Сейчас на пенсии.
Мысль о последнем из четверки вызвала у Бейкера горькую усмешку. В рапорте было написано «отошел от дел». От каких дел? Убийств? Распространения наркотиков? От другой преступной деятельности? «Судье», или «Дону Эмилио», как иногда называли его сообщники, депортация из Италии только дала возможность избежать наказания. Нет сведений, какую помощь оказал Маттео правительству в подготовке вторжения союзников в Италию во время войны. Вряд ли из-за этого стоило выпускать его из тюрьмы. Если уже попался в камеру такой человек, как он, единственное разумное решение — выбросить от нее ключ. Бейкер вспомнил, как он мчался на самолет проверять малейшее подозрение, что Маттео вернулся. Но никогда не заставал его, хотя следы визита находил всегда — наркотики и мертвые. Мертвые свидетели.
На этот раз все было иначе. Свидетель